Посещали я, Люба Волкова, Борщев Валерий Васильевич.

Немцов приболел. Простудился. 37 с половиной у него. Но бодр. Врач, говорит, нормальный, лекарства уже везет жена. Мы рассказали и ему, и Лимонову про акцию с баннером, арестанты оценили.

Немцов представил Борщева сокамерникам, рассказав об общественном контроле и борьбе за этот закон. Сокамерники хлопали. «С Чубайсом сижу!» — смеется Немцов, подводя к нам ярко-рыжего парня. Считает, что зря Муратов заморозил свое членство в Общественном Совете при ГУВД, считает, что наоборот пора поскорей собрать этот Совет и обсудить действия столичной милиции. В камере — 10 человек. «Как кормят?» — спрашивает. Немцов смеется: мои родственники всех кормят!

Передала ему грецких орешков и шоколадных зайчиков, из пикета, который как раз шел в это время. Немцов: а может, мы вас чем-нть угостим, или с собой дадим?

Владлен Кралин (Владимир Тор). Жалуется, что нет полотенец. Эффектно рассказывает о своем задержании, как он якобы прорывал двоекратно цепь ОМОНа (в этой патетической истории ему вторит и Демушкин). Для их задержания сотрудникам якобы пришлось применить «боевой прием самбо». Демушкин смеется, что судья Боровкова оценила его нежелание после суда над Кралиным повторять по новой все доказательства и за такую сознательность дала ему лишь трое суток. Подтверждает, что к ней в процессе приезжала «скорая помощь». Разумеется, оба считают своё задержание и осуждение политическим преследованием. Естественно, Кралин будет обжаловать решение.

Еще он говорит о сокамерниках: большинство из-за выпивки сюда попадают, а отношения — спокойные, душевные, ровные. Даже можно сказать — братские. Грустно смотреть, как людей система перемалывает и переламывает. Да и изолятор маленький, нельзя его такими темпами наполнять. Действительно, у Немцова в камере 10 человек, у Тора — 17. Тор передает привет всем товарищам и Наталье в частности.

С Демушкиным досиживает Эдуард Лимонов. Оставила его сокамернику пачку сигарет (сигарет всегда не хватает).

Лимонов говорит об абсолютно уже наглом нарушении всех гражданских прав, о лжесвидетельстве. Полагает, что после этого уже такими темпами в следующий раз будет уголовное преследование. Что ж не написать, что сопротивлялся сотрудникам милиции, нападал на них. С такой степенью лжесвидетельствования — да только так!

Помимо прочего — зашли в вонючий бокс-изолятор. Там содержались пропахший кошачьей мочой бомж и два трансвестита, задержанные вместе с одной из женщин-арестанток за хулиганство, а по сути — на точке работали. Начальник ИВС пояснил: они с ним содержатся, потому что больше их никуда не денешь (сейчас одежду обработают, чтоб пахнуть перестало). Его словами: а куда их мне девать? У них тут сиськи, а там — письки, посадишь с нормальными, — они им всё это добро поотрывают. И вообще убьют.

Вот такая история. Завтра Лимонов и Немцов выходят из изолятора. А акция была прекрасная, она всем подняла настроение — и нам, и узникам.