С утра поехали в Бутырку. Пришли к начальнику СИЗО (вовсе не Комнову, как написали в своем воззвании правозащитники, а Телятникову Сергею Вениаминовичу, а Комнова вообще-то сняли после трагедии с Магницким, — и в СИЗО «Медведь», четвертый, замом перевели). Мы спросили господина Телятникова, отчего инспектор СИЗО не допустила адвоката Торбеева Шухардина в СИЗО-2 для встречи с подзащитным.

Господин Телятников ушел за 53-ю статью УПК, пояснив, что, согласно закону и практике, в СИЗО допускается адвокат, вступивший в дело, о чем он лично, либо СИЗО, имеет соответствующее письменное указание от следователя. Я почитала УПК, посмотрела комментарии, и из изучения норм седьмой главы у меня сложилось впечатление, что допуск к делу вполне может являться самостоятельной процессуальной процедурой и подобный документ может иметь место. Если кто из практикующих адвокатов думает иначе — поправьте меня, плсс. Но пока я это вполне допускаю. Почему об этом не знал адвокат Шухардин, пришедший к Торбееву накануне процесса — я не знаю. Возможно, потому, что он практикует недавно. Наверное, в помощь ему будет полезен еще один защитник, дабы впредь не возникало подобных казусов.

…Тем временем начальник СИЗО Телятников был обижен «статьей» правозащитников по этому поводу, о которой он узнал из «звонка из Главка» — мол, че это там у вас происходит?.. Еще он был несколько удивлен, что правозащитники почему-то требуют отставки Комнова. Даже обижен. Это ж он — начальник второго СИЗО, а уволить почему-то требуют Комнова… Странно. Хотелось бы тут попросить правозащитников быть точней в своих всяких заявлениях, а то над нами вся страна смеяться будет.

Одновременно продолжаю считать, что уведомлять заключенных о датах рассмотрения жалоб и их правах в этой области, должно войти в обязанности СИЗО. У подавляющего большинства заключенных никаких адвокатов нет вообще, и они, как Торбеев сейчас, находятся в полной изоляции и неведении. Так нельзя.

Что касается самого Григория — мы зашли к нему в камеру, он достаточно бодр, здоров, знает, что на его счету есть деньги, на жизнь не жалуется, сокамерники жалуются на отсутствие телевизора. Мы написали от ОНК ходатайство Телятникову по его просьбе, о том, что просим поставить в камеру Торбееву наш, ранее переданный, телевизор, разодрали от него коробку, и начальник тюрьмы пообещал, что прям сегодня отдаст распоряжение ТВ в камеру поставить. Хоть это, к сожалению, он обещал и в прошлый наш визит десять дней назад. Как-то надо лучше держать обещания.

Анна Каретникова
член ОНК города Москвы