Судья Сыктывкарского горсуда Ирина Смолева частично удовлетворила требования исковых заявлений заключённых Ислама Хасуханова, Дмитрия Миронова, Юрия Троца и Виталия Холодкова о признании незаконной и нарушающей их права процедуры общего обыска в сыктывкарской исправительной колонии (ИК)-25, проведённого 26 октября 2010 года. В частности, суд признал, что ответчики по делу — ГУФСИН РФ по Коми и учреждение ИК-25 — нарушили закон, не предоставив заключённым крыши над головой и не обеспечив сохранности личных вещей во время проведения обыска.

Суд решил, что трёхчасовое содержание заключённых ИК-25 под холодным дождем на футбольном поле и прогулочном дворике (на снимке) «не было совместимо с уважением человеческого достоинства».

Рассмотрение объединённого гражданского дела по заявлениям заключённых началось в апреле с.г. и за прошедшие с тех пор семь месяцев суд допросил самих заявителей, осуждённых и сотрудников ИК-25, пытался выяснить, какой из двух представленных актов, составленных по результатам обыска, является подлинным, и разбирался с обстоятельствами обнаружения в ходе обыска и последующего исследования кусочков вещества, напоминающего гашиш.

Один из вышеназванных заявителей в своём обращении в суд так описал происшедшее в октябре прошлого года в ИК-25: «Около 14.00 примерно четыреста заключённых, в том числе, заявителя, грубо выгнали из общежитий и сосредоточили на футбольном поле колонии (и площадке прогулочного дворика одного из отрядов — «7х7»), которое было окружено кинологами с собаками и спецназовцами в масках. Три с половиной часа люди стоя мёрзли (на улице было всего пять-шесть градусов по Цельсию) под непрерывным дождем и не имели возможности сходить в туалет. В это время в общежитиях колонии шёл обыск, который заключённые не могли контролировать хотя бы визуально. Вернувшись затем в общежития, заключённые обнаружили внутри зданий полнейший беспорядок: их личные вещи и постельные принадлежности были перемешаны, хаотически разбросаны по секциям, оказались в сумках и тумбочках других людей. Часть вещей, валявшихся на полу, была истоптана грязной обувью, многие вещи бесследно исчезли. Страдания заключённых усугубились тем обстоятельством, что общежития колонии не обеспечены сушилками, которые позволили бы относительно быстро просушить одежду такого количества людей. В результате, даже на следующий день заключённые были вынуждены выходить в мокрой одежде на проверку, на прогулку в локальный участок, в столовую. Многие в результате такого обыска еще простудились…»

Указав, что проведённый таким образом обыск противоречит требованиям статей 3 и 8 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьи 1 Дополнительного протокола к этой конвенции, так как имело место унижение их человеческого достоинства, незаконное вмешательство в жилище и личную жизнь, а также неуважение к принадлежащей им собственности, заключённые обратились в Сыктывкарский горсуд с просьбой признать незаконной и нарушающей их права, гарантированные им Европейской конвенцией, процедуру общего обыска.

Как следует из составленного вчера, 1 ноября, мотивированного решения, Сыктывкарский горсуд признал незаконными действия ГУФСИН РФ по РК и ИК-25 в части непредставления заявителям-заключённым на период проведения обыска отвечающего санитарным требованиям помещения, а также необеспечения сохранности их личных вещей и ненадлежащего проведения проверок по обращениям о их пропаже.

«Условия содержания заявителей в период обыска не были совместимы с уважением человеческого достоинства, — констатируется в судебном вердикте. — Нахождение осуждённых в неблагоприятных климатических условиях влекло за собой увеличение страданий, свойственных осуждённым в местах лишения свободы». Суд таким образом признал, что ответчики нарушили ст. 3 Европейской конвенции, в которой заявлено, что «никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию».

Суд не нашёл «достаточных доказательств», позволяющих считать подложным один из представленных ответчиками актов по результатам проведения общего обыска (на подложности данного документа настаивал представитель заключённых Эрнест Мезак), однако в судебном решении указывается, что «представленные суду акты не отражают со всей полнотой фактические обстоятельства проведения обыска. Так, во втором акте отсутствует указание на изъятие цветного белья в 10 отряде, нет документов, подтверждающих его уничтожение… Из просмотра видеозаписи обыска, представленной суду ГУФСИН РФ по РК, следует, что не все изъятые вещи описаны в актах обыска».

Вместе с тем судья Смолева оставила без удовлетворения жалобы заявителей на беспорядок, оставленный после обыска проводившими его сотрудниками, выразившийся, в том числе, в перемещении вещей заключённых. «Такие действия сотрудников…не могут быть признаны судом нарушающими и умоляющими права и свободы заявителей, поскольку нацелены прежде всего на реализацию основной цели проведения обыска — обнаружение запрещённых предметов и мест и способов их сокрытия», — говорится в судебном решении.