В своем посте Омбудсмены, которым мы не доверяем? О Татьяне Мерзляковой. я писал о некоторых фактах недобросовестности Уполномоченной по правам человека в Свердловской области Татьяны Мерзляковой, которые на мой взгляд, исключают возможность осуществлять продолжение своей деятельности. В этом же посте я указывал на способность аппарата Уполномоченного представлять видимость деятельности за деятельность. Я оказался прав в главном, Татьяна Мерзлякова не испытывает никаких угрызений совести и сомнений в позитивности своего влияния на ситуацию с правами человека в Свердловской области, это доказывает ее отчет Законодательному собранию Свердловской области, который получил на прошлой неделе очередную удовлетворительную оценку (http://www.oblgazeta.ru/politics/16420/).

Однако, критический объем фактов, подтверждающий декоративный характер должности омбудсмена в области, начинает постепенно переходить в качественное состояние — недоверия и непризнания.

Стоит обратить внимание на факты, которые изложены известным правозащитником Дмитрием Рожиным dm_rozhin в постах«Мнение из прошлого» о докладах и поступках уполномоченного Мерзляковой и Пока Мерзлякова срывает овации у депутатов с России взыскивают за огрехи в соблюдении прав человека Дмитрий приводит письмо Шаклеина, актуальность которого не потеряна:

Волею состоявшихся обстоятельств, ко мне поступило письмо политзаключенного  М.И.Трепашкина, в настоящее время отбывающего более 3,5 лет лишения свободы в Нижнетагильской колонии. Письмо называется «Омбудсмен Свердловской области Мерзлякова Т.Г. сама может оказаться за решеткой», составленного 21.04.07 г..

Как гражданин, причастный к общественной поддержке и несущий ответственность в период становления Татьяны Мерзляковой в 2001 г. в должности Уполномоченного по правам человека Свердловской области, считаю себя обязанным изложить не только  мнение, но и ряд конкретных фактов и оценок в деятельности регионального омбудсмена.
В порядке исторической справки:  считаю себя причастным к возникновению самой структуры областного Уполномоченного  по правам человека в Свердловской области.

Осенью 1995 г., на встрече с представителями общественности, вновь избранному Губернатору Росселю Э.Э. было  непосредственно заявлено о необходимости образования в областной структуре власти должности Уполномоченного по правам человека. Такая должность была создана в июне 1996 г. сначала утверждением   соответствующего Закона, а осенью 1997 г.  избранием и утверждением в должности  ставленника областных органов власти Машкова В.В. Данный чиновник не оправдал  доверия правозащитной общественности по исполнению обязанностей в установленном законом порядке, был втянут в соответствующие судебные разбирательства, после чего отправлен в отставку, после чего в 2001 г. правозащитникам стала известна кандидатура нового омбудсмена — бывшего депутата Областной Думы Мерзлякова Т.Г. Будучи руководителем с 1996 г. не только ОО «Межрегионального центра прав человека» (МЦПЧ), но и  учрежденного в 1997 г. ОО «Союза правозащитных организаций Свердловской области»(СПОСО), я предварительно  встретился с  кандидатом в Уполномоченные Мерзляковой Т.Г. и обсудил с ней ситуацию о  законной адресной защите прав человека, пострадавших от различных действий властных органов. Затем Т.Г.Мерзлякова была на альтернативной основе поддержана общественниками на организованной областной конференции правозащитников,  и  далее утверждена в должности Законодательным собранием Свердловской области.

В течение последующих примерно полутора-двух лет ее работы в должности Уполномоченного, между общественными правозащитниками и областным омбудсменом не возникло принципиальных разногласий по текущим проблемам  в защите нарушенных прав человека в области. Правозащитников официально приглашали на заслушивание отчетных годовых докладов в Законодательном собрании области, давали возможность выступить перед депутатами с оценкой текущей деятельности и перспектив взаимодействия с властями.   С такой же целью Мерзляковой Т.Г. в декабре 2001 г. была организована встреча правозащитников с губернатором,  который во всеуслышанье  заявил о ежегодных встречах  по актуальным проблемам нарушений прав человека. Свидетельствую, что с того времени ни встреч с губернатором, ни обсуждений докладов Уполномоченного с общественниками  о проблемах защиты конституционных прав и свобод человека и гражданина в Свердловской области  не было. По крайней мере, официальных приглашений я  не получал.

В целом же оцениваю положительно факт сотрудничества с 2001 г.  как с областным, так и с федеральным Уполномоченными по правам человека, так как в условиях массовых нарушений прав и свобод на территории области и России в целом, оказание той или иной адресной правовой помощи гражданам, пострадавшим от действий властных органов, в любом случае является жизненной потребностью  людей. И такую реальную помощь со стороны омбудсменов любого уровня считаю актуальной, необходимой.

Другой вопрос  -  насколько принципиально в рамках действующего несовершенного законодательства и формирующейся полицейской системы властвования, выполняют свой долг  административные службы, не имеющие властных полномочий, но влияющие на уровень правовой защищенности граждан?   Именно  снижение принципиальности в деятельности Уполномоченного по правам человека последовательно добиваться исполнения законной защиты прав и свобод человека в Свердловской области, независимо от уровня и должностного положения нарушивших их органов власти,  стало причиной  »охлаждения», вплоть до острых конфликтов с правозащитниками, в том числе с ОО «Межрегиональный центр прав человека».

Из многих имеющих место  фактов отказа Мерзляковой.Т.Г. как Уполномоченного по правам человека принципиально  исполнять должностные обязанности, отмечу несколько, связанных с грубыми нарушениями    прав и свобод человека в Свердловской области:

1. Областной Уполномоченный по правам человека Мерзлякова Т.Г., с 2002 г.  фактически уклонилась, не участвуя последовательно , как должностное лицо, в актуальной защите прав селян — не поддерживала законных действий правозащитников в восстановлении законности и против дискриминации конституционных прав сельских жителей  (прав на жизнь, здоровье, образование,  юридическую защиту и т.д.). Ряд правозащитников были вынуждены в одиночку привлекать внимание общественности к существующей проблеме, вплоть до судебных процессов и  привлечения к законной ответственности губернатора и  правительство Свердловской области, других виновных, в том числе органы власти федерального уровня.     О «кричащих» проблемах селян   даже не упоминалось в ее  годовых Докладах, до 2007 г..

2.  К нежеланию «связываться с произволом» административных и правоохранительных органов  отношу и отказ Уполномоченного в противодействии многолетним незаконным преследованиям правоохранительных органов  всемирно известного сельского предпринимателя и правозащитника  Василия Мельниченко из села Галкинское Камышловского района, правозащитника Квашнина Ф.В. из села Боровлянка Пышминского района, других правозащитников.

3.  Еще в 2001 году, после утверждения на должность Уполномоченного по правам, Мерзляковой Т.Г., между ней, как официальным должностным лицом региональной власти,  и рядом руководителей правозащитных организаций, в том числе с ОО МЦПЧ, были подписаны  рабочие документы по «Договору о сотрудничестве в области защиты прав человека»  и  »Заявления о принципах взаимодействия при защите прав человека на основе Законности, Ответственности, Вежливости» (ЗОВ) — «на неопределенный срок+», который «мог быть расторгнуть по письменному уведомлению любой из сторон+».  В одностороннем порядке, без уведомления  правозащитников, подписанные  документы по взаимодействию были  проигнорированы  в последующий период деятельности Уполномоченным по правам человека.  МЦПЧ не получал письменного уведомления о их расторжении. Также со стороны Уполномоченного было  многочисленное невыполнение  обязательств по информированию своей деятельности,. Последний  из отказов в предоставлении информации  был связан с законным запросом ОО МЦПЧ от 19.03.07 г. предоставить  »Отчет о расходовании финансовых средств на обеспечение деятельности Уполномоченного по правам  человека Свердловской области в 2006 г.». Причина отказа от 05.04.07 г. — «отчет был заслушан 22.02.07 г. на совместном заседании Палат Законодательного собрания Свердловской области+ иных форм контроля за деятельностью Уполномоченного по правам человека Свердловской области действующим законодательством не предусмотрено».

Можно только  гадать, о каком «законодательстве без контроля»  говорит «законный уполномоченный по правам человека+», но то, что по действующему законодательству  есть основание привлечь чиновника по ст. 140 УК РФ «Отказ в  предоставлении гражданину информации», с наказанием до «лишения права занимать определенные должности»  - это в таком же правовом поле, как и в документально подтверждаемых аргументах политзаключенного М.Трепашкина о вероятности «омбудсмена  Свердловской области + самой оказаться  за решеткой»  уже по ч.2 ст. 129  УК РФ за клевету  в адрес пострадавшего от беззакония.

Считаю, что письмо политзаключенного Михаила Трепашкина  аргументировано в части возможности  привлечения к ответственности  чиновника, по своей должности обязанного защищать законность и справедливость более тщательно, чем любой прокурор и судья, т.к при вступлении в должность он дает присягу: «+быть беспристрастным и руководствоваться только законом и голосом совести» ( ч.1 ст.7 областного закона «Об уполномоченном по правам человека Свердловской области»).

Отбывающий незаконное наказание осужденный М.И. Трепашкин доверил свою защиту  всех судебных, административных и иных органах власти на территории Свердловской области и РФ мне. Безусловно, при необходимости, буду действовать в его защиту всеми законными способами.  Вынужден признаться, что еще в 2001 году после утверждения в должности Уполномоченного по правам человека Мерзляковой Т.Г., обещал также защищать ее права и достоинство в случае нападок и нарушений ее прав со стороны органов власти. Свои обязательства в таких случаях, готов выполнять в будущем, но не в случае, как с политзаключенным М.И.Трепашкиным. Его защиту,  безусловно,  считаю приоритетной.

Как гражданин, которого называют в обществе правозащитником, считаю, что деятельность Мерзляковой Т.Г. как Уполномоченного по правам человека, в настоящее время заслуживает более глубокой оценки. Как организатор и исполнитель по оказанию правовой помощи населению, она известна не только в области, но и в России, за рубежом, являясь, по неофициальным сведениям,  даже «членом бюро Европейского института омбудсмена».

Необходимо уточнить объективную информацию о деятельности Свердловского омбудсмена. Согласно сведениям  в годовых отчетах, областной Уполномоченный выполняет очень большой объем работы по оказанию различной помощи населению:  в частности,  в 2006 году было проконсультировано более 8279 граждан по защите их прав. Это, считаю, действительно существенная помощь пострадавшим от нарушений своих прав. Однако, в своих отчетах Уполномоченная не приводит многих конкретных сведений о нарушений прав человека органами власти. Нет сведений о  деятельности независимых от властных органов правозащитников, которых характеризует отрицательно. Только активистами нашей организации было бесплатно проконсультировано в  2006 году более 1090 граждан по различным вопросам защиты прав человека — на общественном уровне, без постоянных источников финансирования и различных необходимых материальных ресурсов ,  которыми обладает Уполномоченный по правам человека в области (и не это ли является одной из причин отказа  чиновником в предоставлении сведений о бюджетных расходах своей деятельности?). Кроме того, большое количество граждан обращаются за оказанием правовой защиты к общественным правозащитникам как к последней инстанции, не найдя такой помощи у властей, в том числе и «официального правозащитника». Взять, к примеру, более 2000 жителей поселка Басьяновский Верхнесалдинского района. Сколько лет они обращались за защитой своих прав человека к органам власти,  к Уполномоченному по правам? 4 года — и безрезультатно!   Только чрезвычайные действия нашей организации, вплоть до обращения к Президенту РФ, спасли их от замерзания очередной зимой. А такой информации нет в отчетном Докладе Уполномоченного!  В  Докладе нет сведений о пытках заключенных, защитой которых занимаются и наши правозащитники. Нет в Докладе сведений о грубых нарушения политических прав жителей области. Нет  и ряда других грубых нарушений конституционных прав человека на жизнь, здоровье, юридическую защиту и т.д. Утверждаю, что такие действия органов власти в области и в России элементарно и целенаправленно скрываются от  населения,  от  международных организаций, в частности, от Совета Европы.

К несчастью, для граждан России  подобными уловками омбудсменов  и системой власти образована  еще одна ширма сокрытия  преступлений представителями органов власти регионального и федерального уровня против своего населения — как в советское время против «инакомыслящих», насильственного внедрения «образа врага». Это одна из причин, почему незаконно по политическим мотивам осужден Михаил Трепашкин и незаконно отбывает наказание в Свердловской области.

Усилиями административных, правоохранительных и судебных органов власти  в Свердловской области и  России в местах изоляции граждан созданы пыточные условия для таких, как М.И.Трепашкин.  А Уполномоченный по правам человека  вместо законных требований проведения независимых расследований преступлений и наказания виновных  независимо от их служебного положения,  фактически защищает конкретных преступников в совершении преступлений против граждан и человечности.  Можно ли считать достойным  для  омбудсмена защищать начальника исправительной колонии ИК-13 Золотухина С.С., в которой созданы пыточные условия для осужденных, где незаконно, за колючей проволокой находится колония-поселение, и в  которой политзаключенному  М.Трепашкину  грубо сфабриковали «злостное нарушение режима», ужесточили условия лишения свободы?

При всем уважении к декларируемой деятельности любого Уполномоченного по правам человека, в частности, в Свердловской области, не может сниматься  гражданская ответственность за  деятельность и конкретные поступки, несовместимые с Законом, Правом  и  Достоинством человека!

Председатель совета координаторов,
«диссидент-шестидесятник»                                                               В.А. Шаклеин      

У правозащитного сообщества претензии к Мерзляковой связаны не только с кулуарными играми, когда основная задача, которую решает Уполномоченный по правам человека не права человека, а выстраивание отношений с властью, покрывательство чиновников и их действий. Мерзлякова не на стороне прав, а на стороне девуалирования  негатива об этих нарушениях. Она как буфер, старается не устранить нарушения, а принять на себя первые волне недовольства граждан, чтобы как волнорез, погасить недовольство, растворив их в бюрократической волоките. Волокита, словоблудие и корыстность, давно стали опознавательными знаками деятельности омбудсмена.

При этом, вполне логично, что такая роль Мерзляковой предполагает удаление правозащитников от депутатов и власти. Она становиться их заместителем, представляя собой всех правозащитников. Нет, никто из правозащитников ей такого права не делегировал. Ее назначил Губернатор Свердловской области, правозащитники же при ее дальнейшей деятельности как раз и обеспокоены объективностью оценки ситуации в правах человека в области, которые ей делаются.

Главная задача, которая стоит перед Уполномоченным по правам человека — влиять на ситуацию с обеспечением прав, а при прогнозируемости оценок такое не возможно.

Незаменимость своей деятельности, которую декларирует г-жа Мерзлякова, имеют вполне предсказуемую финансовую подоплеку. Речь не только и не столько о министерском окладе, который она получает, а о тех проектах, которые она, через различные НКО, реализует, стягивая на себя и свой аппарат значительное количество грантов и субсидий. Это целая фабрика получения и списания целевых сумм, которые исчисляются не сотнями тысяч рублей, а миллионами и десятками миллионов. Доказательство таких связей и финансовых интересов дело хлопотное, этим и пользуется Уполномоченный и его аппарат, погрязшие в освоении бюджетных средств.

Но сколько бы веревочке не виться, а конец всегда найдется… Когда же настанет конец имитации правозащитной деятельности г-жой Мерзляковой?

Александр Аникин