В редакцию пришло письмо с тревожным настроением — в колонии запрещают вещи, изымают книги и прессу, на личную гигиену отводят три часа в неделю.

Наказывать людей, которых уже осудили, неправедно. Если ещё и нет чёткого обоснования — вдвойне грешно.

За комментариями по сложившейся ситуации мы обратились к начальнику УФСИН по Архангельской области Анатолию Киланову.

«Эхо СЕВЕРА»: Анатолий Дмитриевич, к нам пришло письмо из 12-й колонии с 23-ю подписями, где заключённые пишут об изъятии вещей, прессы и книг. Почему забирают книги Дарьи Донцовой?

А.К.: Книги Дарьи Донцовой, насколько я знаю, не изымались. Действительно, в колониях про водилась ревизия изданий, которые пропагандируют насилие, криминал, жестокость, религиозную вражду. Остальные книги не изымались.

«Эхо СЕВЕРА»: А как определяется, что необходимо изымать, а что нет?

А.К.: Конечно, определить достаточно сложно. Но есть определённые внутренние методические рекомендации. И они периодически обновляются, ведь жизнь на месте не стоит. К тому же ч. 2 ст. 95 Уголовноисполнительного кодекса гласит, что осуждённым запрещается получение, приобретение, хранение и распределение изданий, пропагандирующих войну, разжигание национальной и религиозной вражды, культ насилия или жестокости, изданий порнографического характера, а также подписка на них.

«Эхо СЕВЕРА»: То есть у Дарьи Донцовой описаны какие-то преступления, она ведь детективы пишет, если мы не ошибаемся?

А.К.: Нет, Дарью Донцову мы не изымаем, об этом даже речи нет. К примеру, в ИК12 было изъято только 5 книг, я не знаю их названия и содержания.

«Эхо СЕВЕРА»: Согласитесь, довольно странно, что раз книги в колонию попали, значит, кто-то это разрешил. А потом эти книги изымают. Поэтому и возникает вопрос, нет ли какого-то ужесточения и «закручивания гаек»? То есть определённые книги первоначально подходили, а потом перестали подходить?

А.К.: Сейчас другие подходы во всём обществе, а не только в наших учреждениях. Сейчас и в обществе возникает этот вопрос — какие книги читать, что нам показывают по телевизору. Раньше на это вообще не обращали внимания. И потом, книги по-разному попадают в колонии. Некоторые легально, с этапами. А иногда сотрудник недобросовестно отнёсся, изза непонимания или неосознанно пропустил книгу.

«Эхо СЕВЕРА»: Во всех сигналах, которые поступают в редакцию из колонии, вопрос книг и DVD вызывает наибольшее недоумение, ибо любое физическое страдание, неудобство можно как-то превозмочь, но когда атрофируется мозг и когда идёт оболванивание, пропаганда 1-го и 2-го каналов, людям просто становится тошно жить, и это приводит, пожалуй, к самым плачевным последствиям. Почему именно сейчас решили проверять книги на соответствие, чем это вызвано?

А.К.: Такая работа в наших учреждениях велась постоянно. Просто сегодня на нравственное сознание всего населения обращается более серьёзное внимание. Это назрело в обществе и в нашей федеральной службе.

«Эхо СЕВЕРА»: Но если эта книга продается в «Доме книги», например, это не является мерилом? Книга, которая куплена в официальном магазине, не самиздат, приобретена в официальном, публичном магазине, который в соответствии с законодательством не имеет права распространять экстремистскую литературу и литературу, пропагандирующую насилие. Почему книга, купленная в этом магазине, не является уже сама по себе возможной к проникновению в колонию?

А.К.: У нас есть правила внутреннего распорядка, которые тоже предъявляют определённые требования, запрещают или ограничивают поступления определённых предметов. Поэтому, повторюсь, книги, которые пропагандируют криминал, вражду на почве религии и насилие, не разрешены.

«Эхо СЕВЕРА»: Но книга, пропагандирующая криминал, не должна в принципе издаваться.

А.К.: Совершенно с вами согласен. Тем не менее, они всё же издаются.

«Эхо СЕВЕРА»: Но не продаются официально.

А.К.: К большому сожалению, продаются и имеют читательскую аудиторию. Кроме того, ведь многие преступления совершаются по сюжету какоголибо произведения.

«Эхо СЕВЕРА»: К примеру, осуждённому принесли книги. Приехали родственники, принесли книги, или же книги доставлены ему по почте. Таким образом, на обсуждение прапорщика и на принятие прапорщиком решения, контролером (то есть проверяющим) вносится вопрос, стоит эту книгу в зону пропускать или не стоит.

А.К.: Этими вопросами сейчас занимаются начальники отрядов, воспитательный аппарат. При колониях созданы комиссии.

«Эхо СЕВЕРА»: Хорошо, начальник отряда — это простой лейтенант. То есть простой лейтенант будет определять, вот это человек может читать, а это нет. Наверное, должно быть какое-то другое мерило?

А.К.: Начальник отряда — это не просто лейтенант, это человек с высшим педагогическим или психологическим образованием. К статусу данной должности сегодня предъявляются высокие требования. И я думаю, что они смогут разобраться в ситуации. Но конкретного списка литературы, что изымать, нет. Повторюсь, изымается литература, пропагандирующая жестокость и насилие, религиозную вражду, а также содержащая сцены порнографического характера.

«Эхо СЕВЕРА»: Я понимаю. Но этот начальник чем будет руководствоваться? Своим субъективным взглядом. Я правильно понимаю? Ведь четких мерил, как Вы сами сказали, нет.

А.К.: Четких мерил нет, но есть определенные рекомендации.

«Эхо СЕВЕРА»: А почему не ввести очень простое мерило — всё, что продается в официальных публичных магазинах с чеком, пришедшее в колонию, то есть не самиздат, оно может туда проходить. Почему так не сделать?

А.К.: У нас тоже в магазинах далеко не всё высококультурно.

«Эхо СЕВЕРА»: Скажите, а Фридрих Ницше подойдет по этим правилам? Известный философ. Книга «Так говорил Заратустра», например.

А.К.: Я думаю, что подойдет. Это философ.

«Эхо СЕВЕРА»: То есть никакой из начальников отряда его не исключит из списка?

А.К.: Не исключит.

«Эхо СЕВЕРА»: А Владимир Ильич Ленин?

А.К.: Тоже подойдёт.

«Эхо СЕВЕРА»: Но у него же там про революцию. Взять банк… А.К.: Ни Ленина, ни Карла Маркса не исключит никто. Если их будут читать наши подопечные, мы будем даже рады. Если они будут тянуться к такого рода изданиям.

«Эхо СЕВЕРА»: Хорошо. Но согласитесь, что новостей только 1-го и 2-го каналов не хватает для какого-то развития личности.

А.К.: Но этого и нет. Осужденные смотрят все.

«Эхо СЕВЕРА»: Какие передачи разрешены, а какие не разрешены для просмотра осуждённым?

А.К.: Передачи практически все разрешены. Перечня запрещённых передач и каналов не существует. Администрацией исправительного учреждения отдаётся предпочтение новостным, спортивным, научно-познавательным и историческим блокам, а также фильмам патриотического содержания и развивающие общепринятые человеческие ценности. Мы действуем в рамках законодательства, это всё прописано в Уголовно-исполнительном кодексе.

«Эхо СЕВЕРА»: Только установлено время?

А.К.: Да, рекомендовано начальникам учреждений составить график просмотра передач, который необходимо привязать к тому распорядку дня, который есть в каждом учреждении.

«Эхо СЕВЕРА»: Допустим, простой день, не выходной. Какое время установлено?

А.К.: Время устанавливается распорядком дня исправительного учреждения. И в первой половине дня смотрят телевизор, и во второй — такая возможность имеется.

«Эхо СЕВЕРА»: Какое кабельное телевидение проводится в колонии сейчас?

А.К.: Это тоже новое развитие у нас. С доступной сеткой вещания. У нас будет и студия кабель ного телевидения — это дополнительный источник информации для осужденных. Она создается с целью информирования осуждённых о происходящих событиях в колониях, разъяснения норм и положений действующего законодательства, а также повышения эффективности воспитательной работы с осужденными и развитие полезной инициативы у них. Это наше внутреннее телевидение — мы сами транслируем по отрядам, например, собрание какоето или проведение административной комиссии, где начальник учреждения проводит разбирательство дисциплинарных проступков. Так можно любой канал от телевидения подключить и транслировать на все отряды. В каждом отряде есть комната для работы со спецконтингентом, где стоит телевизор, DVD. Но это в идеале…

Источник